23.10.2019

Новости

ИСЛАМСКИЙ ТЕРРОРИЗМ: МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ

ИСЛАМСКИЙ ТЕРРОРИЗМ: МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ

Андрей Степанов

То, что терроризм социальное зло, преступление против человечности, не вызывает ни малейшего сомнения. С ним надо бороться. Но чтобы эта борьба не стала охотой за привидениями или политической самоцелью, следует оторвать понятие «исламский терроризм» от окутывающих его мифов.
ПЕРВЫЙ МИФ,
связанный с исламским терроризмом, гласит, что насилие изначально присуще исламу и как религии и как формирующей  государство доктрине. Ислам, дескать,  агрессивен по своей сути, цель правоверных мусульман – любыми средствами добиться создания всемирного халифата, где будет господствовать исламское законодательство – шариат. Этот миф настолько распространен, что даже Папа Римский Бенедикт XVI позволил себе публично процитировать христианского средневекового богослова, который назвал ислам агрессивной религией. Правда, после этого Папа Римский был вынужден неоднократно извиняться.
Говоря об  историческом  аспекте проблемы, не следует отрицать роль военного фактора в период арабского «завоевания стран» (футух аль-бульдан). Однако многочисленные навообращенные  в ислам руководствовались преимущественно не страхом перед завоевателями, а эгалитаризмом и доступностью самого ислама. Кроме того, принятие ислама освобождало на первоначальном этапе податное население от непомерных налогов и податей местным правителям и феодалам, поскольку вступивший в умму (уммат аль-муминин) – наднациональную и трансграничную общину верующих – должен был вносить в ее общую казну лишь ушр – десятую часть своих доходов и имущества. Не принуждение, а мощнейший социально-экономический стимул  способствовали стремительному распространению ислама. Историческим фактом является и веротерпимость ислама по отношению к «людям священного писания». Так было и во времена Омейядского и Аббасидского халифатов, так и во времена Османской империи, где халифом считался султан.
Мусульманский фундаментализм - салафийя, то есть стремление восстановить первоначальную чистоту ислама и его социальную справедливость, а также исламский экстремизм, не исключающий для достижения этой цели насилия или джихада – справедливой войны с неверными, возник на обломках  оказавшегося несостоятельным светского арабского национализма. Это была реакция на болезненный процесс глобализации, а точнее на политическую, военную, культурную и экономическую экспансию Запада в  арабо-мусульманском мире.  Мучительный процесс модернизации и ломки старых социально-экономических структур создавал для исламского экстремизма социальную базу в лице потерявших свой прежний статус, отчаявшихся,  лишенных  перспективы масс людей, а тоталитарное мусульманское мировоззрение  давало им идеологическое оружие, эффективную форму протеста.
Эти процессы развивались как в самих мусульманских странах, так и среди эмигрантских общин на Западе, обязанных своим существованием потребностью западных экономик в дешевой рабочей силе. Трудности ассимиляции, на которую оказалось способной лишь около половины эмигрантов, порождают отчуждение среди тех, кто предпочел сохранить свой прежний образ жизни и свои традиции. А это в свою очередь толкает их к  неприятию окружающего чуждого им  мира и к экстремизму.
Однако, представляется, что все-таки основной причиной  всплеска исламского экстремизма  и терроризма стал идейно-религиозный фактор. Как член наднациональной   религиозной общности – уммы—рядовой мусульманин солидарен с единоверцами во всех частях мира, и несправедливость, причиненную мусульманам в одном уголке планеты, их унижение, боль и обиду воспринимает как собственные.
Еще до  Усамы бан Ладена, организовывавшего сопротивление советской оккупации в Афганистане, а затем обратившего свой гнев на аморальную, агрессивную и эксплуататорскую Америку,  идеологом исламского экстремизма выступил египетский учитель, своеобразный исламский большевик Сейид аль-Кутб, казненный  египетскими властями.   Он призывал развернуть джихад против джахилии - варварства, когда  люди должны подчиняться господству других людей, а не законам, установленным  Аллахом. Признавая привлекательность джахилийи, при которой все поступки людей подчинены удовлетворению материальных потребностей, он те не менее уповал на сознательное меньшинство, которое способно во имя моральных ценностей и высшей справедливости  развернуть джихад – священную войну против тлетворного, аморального и несправедливого мира, где правят  ценности материальные. К этому миру он причислял и западную цивилизацию, и местные продажные, изменившие принципам ислама режимы. Высокая идеологическая мотивация дает мусульманам преимущество перед представителями идивидуалистической и бездуховной  западной цивилизации, и акт самопожертвования шахида – мученика, погибшего за веру – представляет собой высшую точку джихада. Именно в такой мотивации скрывается секрет неистощимого источника шахидов.
Современные последователи аль-Кутба оперируют произвольно вырванными цитатами из Корана. При этом адепты исламского терроризма обходят стороной многочисленные цитаты из Корана, которые говорят о том, что мир предпочтительней войны, что война имеет свои пределы и ограничения, что запрещено убивать невинных, особенно среди мусульман, недопустимо убийство женщин, детей, стариков,  инвалидов…
Ряд аналитиков полагает, что в случае урегулирования палестино-израильского конфликта, окончания американской оккупации Афганистана и Ирака в значительной степени сойдет на нет мотивационная основа так называемого исламского терроризма. Таким образом, из-под раздуваемой на Западе исламофобии будет выбита почва, и одним политико-пропагандистским мифом там станет меньше.
  МИФ ВТОРОЙ
Исламский терроризм – особенно деятельность глобальной террористической  сети Аль-Каида -- произрастает на колоссальных деньгах от наркобизнеса. В реальности дело обстоит как раз наоборот. Именно  связанный союзническими узами  с Аль-Каидой режим талибов в 2000 году практически полностью ликвидировал в Афганистане производство наркотиков, как противоречащее нормам ислама.
  МИФ ТРЕТИЙ
Нынешний глобальный исламский терроризм основывается в организационном отношении отнюдь не на иерархической структуре вертикального подчинения. Он базируется на сети самостоятельных тайных организаций, связанных друг с другом только  в информационно-координационном  отношении с помощью интернета. Подобно исламу в целом, не имеющему единого руководящего центра, а лишь ряд авторитетных богословских учреждений, издающих фетвы – обязательные для мусульман предписания, нынешняя глобальная террористическая паутина не имеет единого штаба.  Ее национальные ячейки образуются не благодаря организационной деятельности эмиссаров бен Ладена и его правой руки Аймана аз-Завахири, а исключительно на добровольной основе. Организационно такая ячейка опирается на тесные родственные и общинные связи, а также на узы личной дружбы. Идейной основой их деятельности выступают радикально-экстремистское толкование отдельных айятов Корана. Побудительным мотивом для радикализации первоначальных ячеек единомышленников, недовольных своим положением и сопереживающих нанесенным мусульманам обидам в других странах, становятся враждебные действия по отношению к арабо-мусульманскому миру. Свою активность эти ячейки проявляют самостоятельно, и все попытки следственных органов и спецслужб  отыскать организационную или финансовую связь оказались безуспешными.  Такая сетевая структура современного глобального исламского терроризма  весьма гибка, ее очень сложно обнаружить и нейтрализовать. Она демонстрирует высокую эффективность и большую надежность. А высокая идейная мотивация  ее членов вкупе с готовностью к самопожертвованию представляют немалую угрозу для общественной безопасности.
В целом  нынешнему глобальному исламскому  терроризму особую эффективность придают два фактора  весьма сильная экстремистская псевдо религиозная мотивация и  сетевая децентрализованная организационная структура. Чтобы достойно противостоять исламскому терроризму, следует избавиться от окружающих его мифов. Необходимо четко представлять себя  его корни,  сущность и инструментарий. Только тогда можно выработать соответствующие методы и изыскать надежные средства для борьбы с ним.
Болезненная модернизация в большинстве стран исламского мира – процесс объективный и потому неизбежный – деформирует и разрушает традиционные социально-экономические структуры, лишает миллионы людей привычного образа жизни, вызывает у них чувства безысходности и отчаяния. Новые уклады социально-экономической жизни, порождаемые процессом глобализации, не в состоянии вместить в себя значительную часть тех, кто потерял работу, собственность,  привычный статус. Образуется существенный потенциал социального недовольства, который зачастую принимает такую форму протеста и борьбы за существование целых социальных слоев, как радикально толкуемый ислам.
Ранняя эпоха  формирования исламского государства с сильными элементами эгалитаризма идеализируется, общество, построенное на основах мусульманского законодательства – шариата,  противопоставляется навязываемой исламскому миру западной демократии, концепции прав человека и «продажным» прозападным местным режимам.  В Коране же и Сунне – своде преданий о том, как поступал пророк Мухаммед в том или ином случае – находится немало идеологических оправданий для священного джихада – борьбы с неверными и со всем, что с ними ассоциируется. Массовое ощущение отчуждения, особенно в эмигрантских общинах в Европе  и США, усугубляется мощным натиском западной массовой культуры, во многом противоречащей культурным традициям и нравам мусульман. Как результат, в основном в среде мусульманской молодежи возникает тенденция к экстремизму, вплоть до применения насилия, в том числе и против мирных, гражданских представителей «чуждого Запада», а также против их тайных и явных сообщников в самом исламском мире.
Наиболее опасным представляется крайне идеологизированная транснациональная сетевая, то есть лишенная организационного центра, исламская  террористическая структура, своего рода всемирная Аль-Каида. Ее конечная цель не захват власти в какой-то части исламского мира, а отрицание политической власти вообще и создание «на земле царства божьего».  Для противодействия ей вряд ли окажется эффективным пропаганда миролюбивых, гуманистических сур Корана и противопоставление их тем сурам, где говорится о джихаде и шахидах – борцов за веру, мученически отдавших свою жизнь ради этой цели.
Упор на умеренный ислам, поддержка придерживающихся его улемов – богословов, строительство под официальным патронажем мечетей и государственное финансирование исламских благотворительных фондов, а также попытки диалога умеренных в исламе с радикалами  не дают искомого результата. Борьба национальных спецслужб  с транснациональным терроризмом методами агентурного проникновения также показала низкую эффективность. Ячейки всемирной исламской террористической сети строятся на основе семейно – клановой принадлежности и тесных дружеских уз, и проникновение в них извне весьма затруднительно. Коллективные же репрессии лишь питают экстремистские организации новыми членами.
Многие специалисты в области борьбы с терроризмом полагают, что  основная  задача состоит в том, чтобы не позволить возникающим в национальных рамках  склонным к экстремизму группировкам интегрироваться во всемирную террористическую сеть. Для этого необходимо противопоставить радикальному исламу не менее привлекательную  массовую идеологию в  виде национализма. Такой подход в конечном итоге оказался весьма действенным для подрыва и развала всемирной  коммунистической квазирелигии и соответствующей интернациональной организации. Поскольку побудительным мотивом к радикализации недовольных своим положением и отношением к себе мусульман  служат конкретные примеры западного вмешательства в конкретных исламских государствах, то наилучшим способом предотвратить сползание возникающих там экстремистских организаций к транснациональному терроризму служит их «национализация» – вовлечение их в политику, признание за ними статуса полноценно игрока на внутриполитической арене, естественно, при сохранении своей религиозной окраски.  То есть проблема заключается в становлении своеобразного симбиоза  этнического и конфессионального национализма и политизированного ислама. 
Характерно, что глобальный исламский экстремизм все более находит точки соприкосновения с замешанным на отдельных положениях марксизма левым радикализмом. Отнюдь  неслучайно один из идеологов исламского терроризма египтянин Сейид аль-Кутб начал свою политическую деятельность с поддержки социалистических идей, а один из иранских идеологов исламской революции Али Шариати пытался соединить отдельные положения ислама с марксизмом. (В качестве исторической справки можно сослаться на попытки примирить ислам и марксизм в Средней Азии в 20-х и 30-х годах прошлого века. К сожалению,  адепты такой концепции были расстреляны по приказу советской власти). 
Если случаются рецидивы применения неоправданного насилия со стороны исламских экстремистов, то наказывать их следует по всей строгости закона.
Одновременно необходимо разделять исламских экстремистов, постоянно выискивая среди них наиболее разумные, гибкие, образованные ( а среди руководства экстремистских организаций немало людей с дипломами  о высшем образовании), способные к эволюции элементы. Не компрометируя их, как правило, высокие морально-этические  качества, рекомендуется привлекать исламистов не просто к благотворительности, к распределению среди нуждающихся верующих кем-то накопленных материальных благ и денежных средств, а к процессу их создания в контексте широкого национального и международного партнерства и разделения труда.
Что же касается «царства божьего на земле», то улучшение материального положения широких мусульманских масс, повышение их жизненного и образовательного уровня, подключение к активной политической жизни способны трансформировать эту идею в другую, а именно «царство божье на том свете», а на земле лишь подготовка к нему. Но это уже требует в свою очередь серьезный пересмотр исламской догматики.


Похожие новости

Что будет с Крымом через четыре года.

Жена самого крутого дипломата в мире. Кто она?

Меч и перстень хана Кубрата из коллекции Эрмитажа будут показаны в Болгарии.

Китая нужно не просто бояться, а очень бояться: откровения казашки из КНР.

Интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова Телерадиокомплексу Президента Республики Казахстан, Астана,16 марта 2018 года

Последние статьи

Что будет с Крымом через четыре года 06.02.2019 Что будет с Крымом через четыре года
Что будет с Крымом через четыре года.

Дело газовых королей: Миллера заподозрили в «крышевании» клана Арашуковых 02.02.2019 Дело газовых королей: Миллера заподозрили в «крышевании» клана Арашуковых
Национальное достояние: «Газпром» растащили на «квартирки» за миллиарды и особняки топ-менеджеров.

Вышел в свет новый атлас исламского сообщества России 02.02.2019 Вышел в свет новый атлас исламского сообщества России
Вышел в свет новый атлас исламского сообщества России

Суд по делу Хашогги: Турция не ответила на запросы Саудовской Аравии о предоставлении улик 08.01.2019 Суд по делу Хашогги: Турция не ответила на запросы Саудовской Аравии о предоставлении улик

Суд по делу Хашогги: Турция не ответила на запросы Саудовской Аравии о предоставлении улик.

Жена самого крутого дипломата в мире. Кто она? 07.01.2019 Жена самого крутого дипломата в мире. Кто она?

Жена самого крутого дипломата в мире. Кто она?

Круговорот юаня в России. Почему доходы от китайских туристов проходят мимо бюджета 05.01.2019 Круговорот юаня в России. Почему доходы от китайских туристов проходят мимо бюджета

Круговорот юаня в России. Почему доходы от китайских туристов проходят мимо бюджета.

Юрий Лоза: псевдокультура стала культурой 03.01.2019 Юрий Лоза: псевдокультура стала культурой

Музыкант — о причинах провала новогодних программ.

Меч и перстень хана Кубрата из коллекции Эрмитажа будут показаны в Болгарии 31.12.2018 Меч и перстень хана Кубрата из коллекции Эрмитажа будут показаны в Болгарии

Меч и перстень хана Кубрата из коллекции Эрмитажа будут показаны в Болгарии.

Шариат: о чем говорит решение ЕСПЧ 29.12.2018 Шариат: о чем говорит решение ЕСПЧ

Шариат: о чем говорит решение ЕСПЧ (Le Figaro, Франция).

В ФРГ могут начать контролировать иностранное финансирование мечетей 29.12.2018 В ФРГ могут начать контролировать иностранное финансирование мечетей

СМИ: В ФРГ могут начать контролировать иностранное финансирование мечетей.

В РПЦ заявили, что Россия через 30 лет станет «исламской» 29.12.2018 В РПЦ заявили, что Россия через 30 лет станет «исламской»

В РПЦ заявили, что Россия через 30 лет станет «исламской».

Почему произраильское лобби в США отвернулось от Трампа 28.12.2018 Почему произраильское лобби в США отвернулось от Трампа

Почему произраильское лобби в США отвернулось от Трампа.

Ислам и мусульмане постсоветской России в работах отечественных исследователей (1992-2017) 28.12.2018 Ислам и мусульмане постсоветской России в работах отечественных исследователей (1992-2017)

Ислам и мусульмане постсоветской России..

Имран Хан – американцам: «Мы больше не подставим вам плечо для войн с другими» 27.12.2018 Имран Хан – американцам: «Мы больше не подставим вам плечо для войн с другими»

Пакистан меняет политику.

Почему в тюрьме нельзя поднимать мыло 27.12.2018 Почему в тюрьме нельзя поднимать мыло

Почему в тюрьме нельзя поднимать мыло.

Нетаньяху и Эрдоган устроили перепалку 26.12.2018 Нетаньяху и Эрдоган устроили перепалку

Нетаньяху и Эрдоган устроили перепалку.

США взялись за госдолг, чтобы избежать дефолта? 26.12.2018 США взялись за госдолг, чтобы избежать дефолта?

США взялись за госдолг, чтобы избежать дефолта?

Что будет если пробурить сквозь Землю сквозной тоннель и в него прыгнуть? 26.12.2018 Что будет если пробурить сквозь Землю сквозной тоннель и в него прыгнуть?

Что будет если пробурить сквозь Землю сквозной тоннель и в него прыгнуть?

5 легендарных кладов, которые не могут найти 26.12.2018 5 легендарных кладов, которые не могут найти

5 легендарных кладов, которые не могут найти.

Китая надо не только бояться, а очень бояться! 24.12.2018 Китая надо не только бояться, а очень бояться!

Китая нужно не просто бояться, а очень бояться: откровения казашки из КНР.


Новости 1 - 20 из 110
Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 | След. | Конец